Иллюзии и жизни. Научная фантастика, большой сюжет в коротком рассказе

Экзистенциальный рассказ

Этот короткий рассказ, написанный в 1991 году, можно назвать предсюжетом Матрицы. Это даже скорее не рассказ, а идея о том, что не существует ничего кроме нас и всё окружающее пространство может быть какой угодно иллюзией…

Все, что я тебе говорю – это правда! Нет бога, нет вселенной, нет жизни, нет человечества, нет рая, нет ада. Все это только сон, замысловатый дурацкий сон. Нет ничего, кроме тебя. А ты только мысль, блуждающая мысль, бесцельная мысль, бездомная мысль, потерявшаяся в вечном пространстве. |Марк Твен|

Когда сигнал тревоги потряс корабль, делать что-либо было поздно. Единственное, что они успели — выбросили в пространство двухлетнего ребенка в универсальном скафандре. Через несколько секунд в Богом и людьми забытом уголке Галактики засияла новая звезда.

Стремительно расширяющаяся сфера адского пламени гналась за крохотной голубой искоркой капсулы универсального скафандра, где полностью погруженный в жидкость спал маленький человек. Электронный мозг стоял перед дилеммой: перегрузка или огонь?

Бесконечно долго тянулись горяченные кошмары болезни. Всё тело было до боли налито тяжестью. Сквозь багровый туман иногда просвечивали тени, цветные пятна, огоньки. Слышались непонятные звуки голоса. Иногда чья-то прохладная рука ложилась на лоб, но такая тяжёлая, что вместо облегчения приносила новую боль. Горячее голенькое тельце ребенка чувствовало все швы и складки старой шинели, в которую было завернуто. Она колола, тёрла и щекотала нежную кожу.

Проходили дни. Затуманенный болью и жаром взгляд прояснялся. Андрюша узнавал всегда прохладную и мягкую мамину руку. Медленно вытекала из тела тяжесть. Кусучее сукно изолировала пижамка, сшитая из маминой кофты. Потом началась тяжёлая работа: заново учиться ходить и обращаться с предметами. В памяти навсегда остались воспоминания о тяжести тела, холоде и жаре, неожиданных синяках и шишках, уколах и порезах.

Андрею повезло с учителями. Почти все они были влюблены в свою работу, знали гораздо больше школьной программы и щедро делились своими знаниями. Судьба бросала их маленькую семью в самые неожиданные уголки огромной страны. Часто приходилось мерзнуть летом и изнывать от зноя зимой, работать физически и голодать. Но в любом, даже самом глухом захолустье он находил книги и читал. Запоем. В 12 лет он увлекся научно-популярной литературой. После школы, голодный, шел в читальный зал и сидел там, пока его не выгоняли. Детское воображение требовало все новых волшебных знаний. «Великие катастрофы», «Грозные явления атмосферы», «Очерки о вселенной», занимательная физика, химия, астрономия, биология и геология, география и петрография и десятки других увлекательных книг стали его жизнью.

Лучевой удар броня капсулы выдержала, но кибермозг не сбросил зараженную защитную оболочку. Их догонял вал расщепленной материи, который был гораздо опасней излучения. Контакт продолжался не долго, но сгорели наружные антенны, а броня приняла огромную дозу радиоактивного вещества. Двигатели вынесли кораблик из адского пламени, пиропатроны отстреляли опасную скорлупу, но радиоактивный яд уже проник внутрь. В механизмах жизнеобеспечения появились сбои. Да и скафандр был рассчитан на взрослого человека. Преодолевая свои и детские болезни кибермозг перестраивал себя, аппаратуру и программы, пробовал, учился и учил. Первый этап главной задачи удалось выполнить: жизнь человека была спасена, но ресурсы были на исходе, а избавится от радиации не удавалось.

Жизнь у Андрея была тяжелой: голод, холод, жара. Мир был жестким и угловатым, воспринимался в основном через осязание. Грубая, плохо подогнанная одежда и обувь произвольно меняли температуру. Очень часто наваливалась непонятная тяжесть или приходила необычайная легкость. Почти каждую ночь снились полеты и восхитительное чувство невесомости вскоре стало привычным.

Основным занятием в школе было чтение. Попытки участвовать в играх или спорте всегда кончались неудачей. Да и игр в то время было немного. Не один Андрей жил впроголодь. Почти все его сверстники были такими же худющими и нескладными. Организм требовал разнообразия движений, но неспособность четко их выполнять всё больше и больше заставляла над этим задумываться. А любознательность, в это время, довела его до философии.

Недостаток вещества ограничивал возможности кибермозга. Нужно было срочно изготовить и установить ловушки, а для этого — ещё больше ограничить жизнеобеспечение Человека. На какой срок? В этом районе космоса очень мало вещества. С одной стороны, это хорошо: оставшимся запасом топлива невозможно долго маневрировать, уклоняться от метеоритов. С другой — можно истощить организм Человека, пока наберется нужная масса. Но вот без новых деталей аппарат откажет в ближайшие десять лет. И ловушки были построены.

Миллионами тончайших игл, как мягким мехом скафандр укутывал тело. Всё, что воспринимает человек в окружающей среде, это давление и температура. Удар ножа и женская ласка, дуновение ветерка, прыжок в воду, бег и борьба. Что такое капля дождя, текущая по лицу? Это внезапное повышение давления при резком охлаждении на некотором участке кожи. Потом — постепенные его перемещения. Перемещение не игл, а того эффекта, который они вызывают, которым управляет универсальный скафандр. Здоровый, исправный. Напрямую связанный с мозгом Человека он создаёт иллюзию полноценной жизни и реагирует на любые желания подопечного. Здоровый, исправный… Проецированные непосредственно на сетчатку глаз картинки бытия, совместно, двумя мозгами составленные программы для синтезаторов звуков и запахов… Но в сотнях километров тончайших проводников появлялись изменения сопротивления. Чувствительные электронные приборы выходили из строя или меняли параметры. И скафандр не мог адекватно отвечать на команды. Хорошо получались лишь простейшие движения, но им не всегда соответствовали соответствующие ощущения.

В 14 лет Андрей вынужден был пойти работать. Сначала на стройке таскал носилки с раствором, кирпичи, потом стал учиться на каменщика. Физическая работа закаляла тело, но времени на чтение почти не оставалось. К тому же стало ухудшаться зрение. Ровесник государственного переворота, он никогда не интересовался политикой, хотя изредка слушал заграничное радио. Статистика, недоступная в его стране, проскальзывала в таких передачах. И получилось, что средняя продолжительность жизни с каждым годом сокращалась на 2 года.

Арифметика получалась простая: 15 лет назад она составляла 71 год. За это время она сократилась на 30, значит сейчас — 41. 15 уже прожил, осталось 26, да и те деленные на 2. В итоге — примерно 13 лет. Смерть была не в диковинку. Умирали от голода и холода, болезней и несчастных случаев, добровольно и принудительно.

Познакомившись с философией, вернее прикоснувшись к ней, Андрей, тем не менее, стал мыслить по-другому. Обширные, хотя и поверхностные знания вдруг выстроились в определённую систему, за которой просматривался мир, несколько отличный от реального. Напрашивался вопрос: какой из миров реальнее? Особенно его слова Дидро: «Мы можем подняться на небеса, мы можем спуститься в последние глубины, но мы никогда не выйдем из самих себя и всегда будем иметь дело лишь с нашей собственной мыслью».

Может быть и стал бы Андрей убежденным идеалистом если бы…

Запомнился случай: вместе с напарником грузили песок в грузовик. Работа тяжелая, изматывающая. Жара и голод делали свое дело и вскоре перед глазами заплясали черные круги.

Руки стали ватными, не хватало дыхания. Остановиться нельзя — выгонят с работы, а найти другую почти невозможно. Из последних сил Андрей швырял и швырял тяжелый мокрый песок через высокий борт. Но всему есть предел. И он сдался. Но что происходит? Сон? Сошел с ума? Безо всякого с его стороны усилия тело продолжало работу. Минуту, две, пять… Ощущение было такое, как будто сидишь в какой-то работающей машине. И только когда погрузка закончилась, он прилег и мгновенно уснул.

А вечером, перед сном нашел в ворохе выброшенных книг «Психологию», на первой же странице которой было о подсознании.

Кибермозг понимал, что теряет связь с Человеком. До сих пор ему удавалось выступать в роли подсознания, но знания, полученные мальчиком, созревали вместе с ним. Надсознание, эти дрожжи наших знаний, вступало в работу искалеченная радиацией система управления аппаратом обеспечения не могла дать нужную реакцию, адекватную ситуации. Чтобы не травмировать психику своего подопечного, нужно было искать выход.

До утра читал Андрей книгу, пытаясь разобраться в терминологии и вникнуть в смысл прочитанного. Ясно было одно: сегодняшний случай, наверное, можно объяснить.

Днем повезло, клал кирпич. В подсобники дали молоденькую девочку, симпатичную, веселую, общительную. К концу смены они уже были друзьями и домой возвращались вместе. И появился луч света во мраке будней. Любовь вспыхнула сразу и взаимно. Вскоре он познал и счастье женской ласки. Все проблемы ушли в сторону. Если и бывали случаи несоответствия ощущения и действия, то он объяснял их влиянием подсознания.

Книгу Андрей так и не дочитал, любовь не оставляла свободного времени. Из того месива, которое осталось после ночного чтения выходило, что нормальных людей вообще не бывает, и никто не знает, что такое «нормальный человек». Что подсознание — это громадная, темная и могучая сила, которая может делать с человеком что угодно. И стоило ли обращать внимание, если вместо шершавого и твердого кирпича рука порой ощущала теплоту и нежность женского тела.

Тяжелая работа и любовь не оставляли ни сил, ни времени для размышлений. Летели годы, горячие, но пустые. И приближалась опасная грань. Грань, на которой сходятся совершенно не связанных между собой явления: навыки в труде, освобождающие разум от контроля за действиями и всё более грубые ошибки в ощущениях. За этой гранью лежал анализ.

Утром, когда Андрей переодевался в подсобке, его рука, протянутая к кирзовому сапогу, ощутила крепкое мужское рукопожатие. Это было ужасно! Сверхъестественно!

Работы в этот день было много. Организм давно приспособился к привычным движениям и тратил на них минимум энергии. А из головы не выходило это рукопожатие. Мистика? Сумасшествие? Но почему? Почему мы готовы признать сверхъестественное быстрее, чем свою неспособность найти простой ответ? Неожиданное явление реальности кажется очень сложным именно по той причине, что оно неожиданно. Туда-то, в сложность, и устремляется мысль, а ответ мы уже проскочили, он остался позади, в тылу.

Всю смену он перебирал в уме различные случаи, когда ощущение не соответствовало действительности. И набралось их уж слишком много.

Руки делали своё дело, а мысли текли, текли.

Удар был жесточайший. Андрей перелетел через стену и упал в кучу щебня. Высота, правда, была небольшая. Очнулся он в больнице. Неопытный крановщик зацепил его поддоном с кирпичом. Повреждение позвоночника. И начались тягучие дни и недели, наполненные туманом боли. Лекарств не было, боль не давала спать сутками. Забытие приходило скорее, как обморок, чем сон. Три месяца больницы сделали голову пустой и тяжелой.

И снова работа, где каждое движение — боль. И бессонные ночи, и залитая угаром голова. Но человек привыкает ко всему, привык и Андрей. И мысли, хотя и со скрипом, заворочались снова.

Сначала он вспоминал как лежал в больнице. В те редкие минуты он вспоминал, когда отступала боль, очень трудно определить положение тела: как лежат ноги? На чем лежат руки? Согнуты ли пальцы? Длительная неподвижность или контакт с любой поверхностью при стабильной температуре расплывается, не воспринимается нервной системой. Но вот на руку села муха. Для квадратного миллиметра кожи наступила перемена в давлении. Или укол. В вену или палец. Или вот шершавый, холодный и сухой кирпич…

Андрей обернулся на голос Дины и упал как подкошенный. Резкая боль как штыком пронзила позвоночник. И снова больница, боль, бессонные ночи. Тяжесть и тупость в голове. И снова работа с изнуряющей болью.

После третьей попытки анализировать связь ощущений с реальностью, он снова попадает в больницу.

Приходит мысль, что боль — это наказание. За что? За запретную мысль? Шлагбаум на пути к запрещенному знанию? Сначала он посмеялся над собой и решил проверить. Ведь даже к боли можно привыкнуть, но то что он получил — было слишком!

Я мыслю, следовательно, я существую. Но буду ли я существовать не мысля? Сила, познать которую я пытаюсь, сама снабдила компасом на этой дороге страдания. Только анализ ощущений, только мысль об условиях, при которых возможны эти расхождения караются болью.

Бросить или идти дальше? Бросить я не смогу, даже мысли мне уже неподвластны. Просто этот процесс растянется во времени, которого у меня и так уже мало, а кому и зачем нужен инвалид?

Итак — варианты. Все они невероятны, а потому приемлемы для анализа.

Параллельные миры? Из области фантастики: почему только ощущения? Если предмет другого мира попал в руки, то он должен быть доступен всем органам чувств. А у меня визуальные и тактильные — сами по себе… нет, это не тот путь.

Тело живёт в одном мире, а разум — в другом. Условия, при которых… длительный контакт гасит ощущения…

Ощущение — это температура и давление. И всё! Чем они воспринимаются? Всей поверхностью тела. Чем создаются? Окружающей средой. Можно ли сжать всю окружающую среду до прямого контакта? Сложно, но можно. На каждый квадратный миллиметр кожи наложить точки-иглы в количестве, превышающем его разрешающую способность и регулировать их давление и температуру.

Равномерное давление со всех сторон — и я в невесомости: усилить с одной стороны — и меня прижимает перегрузка. При равномерном давлении и температуре, равной температуре тела, я сольюсь со средой.

И тела его не стало. Кибермозг, вычисленный Человеком, пошёл на прямой контакт.

Андрей узнал историю своей и машинной жизни, а под конец — новость: наружные антенны, за строительство которых он так дорого платил, поймали сигналы космического корабля. Установлен контакт и встреча состоится через пять суток. Но ресурсы исчерпаны полностью. и Человек должен спать всё это время, а кибермозг вынужден самоликвидироваться, отдав свою массу для топлива двигателям.

Пробуждение было волшебным. Тело пело от радости ощущения здоровья и силы. Белая комната, три приветливых мужских лица склонились над ним.

-Как здоровье, малыш?

Это он-то малыш? Он, которому осталось жить два года, который имеет 12 лет стажа, он чьи руки покрыты шрамами и каменными мозолями!

Да, всё было верно. Продолжительность жизни Человека, на самом деле около тысячи лет. Что против них 26? Ему предстоит только на учебу затратить 100 лет! К счастью, здоровье полностью восстановилось. Впереди учеба, труд, любовь, счастье…

В Богом и людьми забытом уголке Галактики, в бесконечности пустого пространства блуждала крохотная голубая искорка объединенного разума.

Кибермозг сделал всё, чтобы спасти Человека. Но для этого пришлось убить Человека. Использовав материалы скафандра, всю незараженную аппаратуру и тело своего питомца, он создал идеальный симбиоз двух разумов — киберчеловека. Пустой, надёжный, долговечный.

Свыше тысячи лет он сможет надёжно функционировать, но это время — лишь миг против того, которое по расчетам нужно для встречи с разумными существами.

В Богом и людьми забытом уголке Галактики, в бесконечности пустого пространства разведочный корабль засёк объект, явно искусственного происхождения. Это случилось всего через сутки после того, как кибермозг «сжёг все мосты» к спасению, использовав всё имевшееся вещество для спасения Человека.

Рекомендую заглянуть:

1991 год. ©Владимир Марин. Копирование материала запрещено

Понравилась статья? Буду очень благодарна, если вы расскажете о ней друзьям:

Вы можете оценить эту статью: Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)

Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *